Новости   Биография   Картины   Пейзажи   Портреты   Автопортреты   Подсолнухи   Рисунки   Письма   Книги   Хроно 

Винсент Ван Гог
Винсент Ван Гог

   
  

Оглавление книги:


1. Бесплодная смоковница
» Безмолвное детство
» Свет зари
» Изгнание
» Защитник углекопов
» В моей душе...

2. Смерть для жизни
» Рука на огне
» Скорбь
» Призрачные деревни
» Едоки картофеля

3. Полдень - время самой короткой тени
» Антверпен Рубенса
» Свет Иль-де-Франса
» Арль японский
» Южная мастерская

4. Тайна при свете
» Человек без уха
» Монастырь Сен-Поль
» Вороны над полем

   
  
   
Винсент Ван Гог
Винсент Ван Гог

  
   

Арль японский
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

  

Анри Перрюшо. "Жизнь Ван Гога". Книга о Винсенте Ван Гоге

Каждый день он пишет Тео по одному, а то и по два письма, радостный тон которых напоминает победные донесения. Винсент блаженствует. "Нынче я тебе уже писал рано утром, а потом пошел продолжать работу над картиной - сад, залитый солнцем. Потом вернулся, снова вышел с чистым холстом - и вот и эта картина уже готова. А теперь мне снова захотелось написать тебе. Потому что никогда прежде мне так не везло - природа здесь необыкновенно прекрасна. Небесный свод во всю его ширину изумительного синего цвета, солнце излучает зеленовато желтый свет, нежное мягкое сочетание, точно небесно голубые и желтые тона на полотнах Вермеера Дельфтского. Я не могу передать всю эту красоту, но она захватывает меня настолько, что я отдаюсь работе, не думая ни о каких правилах. У меня уже готовы три пейзажа - сады против моего дома. Потом два кафе, потом подсолнухи. Да еще портрет Боша и автопортрет. И еще красное солнце над фабрикой, рабочие, выгружающие песок, и старая мельница. Если даже не считать других этюдов, как видишь, кое какие результаты налицо. Но краски, холст и кошелек полностью истощились ... Я чувствую, что стал совсем другим, с тех пор как приехал сюда; я не испытываю сомнений, без страха приступаю к картине и со временем стану, вероятно, еще уверенней в себе. Но что за природа!"
И вправду, что за природа! Она приводит Винсента в восхищение. В письмах, как и в картинах, Винсент не может сдержать своего восторга. "Не знаю, как тебе это высказать, я в восторге, в восторге от того, что вижу! Это навевает какое то особенное осеннее настроение, вызывает подъем, при котором время летит незаметно ... Какая сочность красок, какой чистый воздух, какая трепетная прозрачность!" Что и говорить - деньги Тео уходят как в прорву. Все, что он посылает брату, Винсент швыряет во все поглощающее горнило своего творчества и неустанно требует еще.
"Пока ты в силах выносить бремя трат, которые я вынужден делать - краски, холст и деньги, - продолжай мне их посылать". "Боюсь, что возлагаю на тебя непосильные тяготы, но все же прошу прислать мне на две сотни франков красок, холста и кистей. Все для того же, ни для чего другого ... Во мне есть еще не растраченная сила, которая только и ждет, чтобы приложить себя к работе". Винсент тут же подыскивает оправдания своим постоянным требованиям, заверяя брата, что он очень бережлив, и не без гордости отмечая, как точно он заранее подсчитывает все свои потребности. "Сегодня я снова убедился, что совершенно точно рассчитал количество всех красок, которые мне понадобятся для десяти метров холста, кроме одной, основной желтой. Разве то, что все мои краски иссякают одновременно, не доказывает, что я подсознательно чувствую все соотношения? Так и в рисунке я почти не делаю предварительной разметки, и в этом отношении я прямая противоположность Кормону, который говорит, что, не делай он предварительной разметки, он рисовал бы, как свинья".

Винсент возобновил контракт с хозяином своей мастерской и с 18 сентября решился наконец в ней ночевать; время от времени к нему приходит женщина помогать по хозяйству. Винсент написал свой дом "под сернисто желтым солнцем и небом цвета чистого кобальта", еще один гимн, еще одна аллилуйя солнцу, - картина, кстати сказать, примечательная для манеры Винсента. Он запечатлел на холсте характерные, упрощенные элементы городского пейзажа, органически ему присущие, и, отталкиваясь от них, скомпоновал пейзаж, не считаясь с тем, попадают ли на самом деле эти детали в поле зрения художника. Такую же страстную хвалу он воссылает в эти дни и ночному небу. Солнце приводит его в исступленный восторг, ночь манит, околдовывает. "Мне кажется, - признается Винсент, - что ночь живее и богаче по цвету, чем день". Чтобы постичь таинство ночи, Винсент пишет сначала "наружный вид кафе, терраса которого освещена большим газовым фонарем в синеве ночи, и кусочек синего звездного неба", потом, обретя большую уверенность в себе, как бы приобщившись к бесконечности, отдаваясь ей, растворяясь в ней, принимается за другую картину; украсив свою шляпу ореолом свечей, он идет писать ночь, ночь такую, как она есть, звездную ночь вдали от спящего города, воссылая свою трепетную молитву тому, что на языке слов не имеет названия.
"Мне хотелось бы, - говорит Винсент, - внушить людям нечто успокоительное, такое, в чем мы могли бы найти утешение и перестали бы чувствовать себя виновными или несчастными". Он хочет, чтобы его картины были "подобны музыке, исполненной с глубоким чувством", чтобы они были подобны молитве. Краски для него - ноты, красные, зеленые, желтые ноты оратории. "В моей душе живет жгучая потребность - не побоюсь этого слова - в вере. И вот я ночью выхожу писать звезды", - просто признается Винсент. Минутами на него находит, по его собственному выражению, "пугающая прозорливость", и тогда, рассказывает он, "я перестаю чувствовать самого себя и картина пишется, как во сне". Неимоверная легкость, с какой идет работа, радует его, но иногда наводит на него страх. Он словно начинает чувствовать в самом себе какую то смутную, глухую угрозу. "Берегись похмелья", - неустанно твердит он брату.
Он пишет автопортрет, который хочет послать Гогену, в зеркале перед ним изможденное лицо, бритая голова, трагический образ человека, который оплатил и продолжает оплачивать полным самоотречением свой головокружительный взлет к опустошающим высотам творчества. Глядя на этот автопортрет, Винсент лжет, отчаянно обманывая самого себя. "Здесь я буду вести жизнь, все более сходную с образом жизни японских художников, - утверждает он, - буду жить на лоне природы этаким добропорядочным небогатым буржуа ... Если я доживу до преклонных лет, я стану вроде папаши Танги". Но он тщетно хитрит. Ему не удается скрыть свой страх. Где Гоген? Почему он не едет? Ведь если Гоген поселится в Арле, они оба вкусят наконец "чувство семейного очага", которое внесет покой в их души, в душу Винсента, "привычным, успокоительным обликом окружающих предметов".

далее »


"Да здравствует грядущее поколение, а не мы! Ты достаточно разбираешься в живописи, чтобы заметить и оценить то, что, может быть, есть во мне оригинального, и чтобы понять, насколько бесполезно знакомить с моими работами сегодняшнюю публику: я ведь очень многим уступаю в гладкости мазка. Но тут дело главным образом в ветре и неблагоприятных условиях - не будь мистраля, не будь таких пагубных обстоятельств, как улетучившаяся молодость и моя сравнительно бедная жизнь, я бы, пожалуй, сделал больше. Со своей стороны, я отнюдь не мечтаю об изменении условий своего существования и сочту себя слишком даже счастливым, если они и впредь останутся неизменными." (Винсент Ван Гог)


Мир Ван Гога, 2007-2017   www.vangogh-world.ru   Винсент Ван Гог, голландский художник. Для писем - vinc at vangogh-world ru