Новости   Биография   Картины   Пейзажи   Портреты   Автопортреты   Подсолнухи   Рисунки   Письма   Книги   Хроно 

Ирвинг Стоун
Ирвинг Стоун

   
  

Лондон Боринаж Эттен Гаага Нюэнен Париж Арль Сен-Реми Овер

   
  
   
Винсент Ван Гог
Винсент Ван Гог

  
   

Гаага
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

  

Ирвинг Стоун. "Жажда жизни". Повесть о Винсенте Ван Гоге

Гаага

Винсент роздал детям остатки конфет и отправил их по домам.
- Не выпьете ли вы со мной чашку чая, дядя Кор? На улице, наверно, ужасный холод.
- Спасибо, Винсент, выпью.
Винсент подал ему чай и подивился, как беззаботно и ловко держит дядя свою чашку на коленях, рассуждая о всяких новостях.
- Итак, ты решил стать художником, Винсент,- сказал Корнелис.- Да, пора Ван Гогам иметь своего художника. Хейн, Винсент и я покупаем картины у чужих людей вот уже тридцать лет. Теперь же часть денег будет оставаться в семье.
- Ну, если трое дядьев и брат торгуют картинами, я могу развернуться вовсю! - засмеялся Винсент.- Не хотите ли кусок хлеба с сыром, дядя Кор? Может, вы проголодались?
Корнелис Маринюс хорошо знал, что отказаться от еды у бедного художника - значит жестоко оскорбить его.
- Спасибо, поем с удовольствием. Сегодня я рано завтракал. Винсент положил несколько ломтей грубого черного хлеба на щербатую тарелку и вынул из бумаги кусок дешевого сыра. Корнелис Маринюс сделал над собой усилие, чтобы отведать того и другого.
- Терстех сказал мне, что Тео присылает тебе сто франков в месяц.
- Да, присылает.
- Тео молодой человек, ему надо бы беречь деньги. А ты должен зарабатывать свой хлеб сам.
Винсент был сыт по горло теми поучениями, которые он только вчера выслушал от Терстеха. Он быстро, не подумав, ответил:
- Зарабатывать свой хлеб, дядя Кор? Что это значит? Зарабатывать свой хлеб... или не даром его есть? Есть свой хлеб даром или, иными словами, быть недостойным его,- это, конечно, преступление, ибо каждый честный человек должен быть достоин своего хлеба. Но не уметь зарабатывать на хлеб, хотя и быть достойным его,- это уже несчастье, большое несчастье.
Отщипнув кусочек черного мякиша, Винсент скатал из него твердый шарик.
- Так вот, если вы скажете мне, дядя Кор: «Ты недостоин своего хлеба»,- вы меня обидите. Но если вы справедливо заметите, что я не всегда зарабатываю свой хлеб, то возражать тут не приходится. Но что толку об этом говорить? Если больше вам нечего сказать, это мне ничуть не поможет.
О хлебе Корнелис больше не заговаривал. Беседа текла в самом спокойном тоне, пока, совершенно случайно, Винсент, заговорив о выразительности в искусстве, не упомянул имя художника Де Гру.
- А знаешь ли ты, Винсент,- сказал Корнелис,- что о личной жизни Де Гру идет худая слава?
Винсент не мог спокойно слушать, когда говорили такие вещи о славном Де Гру. Он понимал, что гораздо лучше смиренно поддакнуть дяде, но, видимо, разговаривая с Ван Гогами, он уже ни с чем не мог бы согласиться.
- Дядя Кор, мне всегда казалось, что художник, вынося свою работу на суд публики, вправе сохранить при себе свои переживания, свою личную жизнь, хотя она роковым образом связана со всеми трудностями, которые приходится преодолевать, создавая произведения искусства. - Но вместе с тем,- возразил Корнелис, прихлебывая чай, к которому Винсент не подал сахара,- один тот факт, что человек не ходит за плугом или не корпит над счетной книгой, а работает кистью, еще не дает ему права вести распущенную жизнь. Я сомневаюсь, что мы должны покупать картины художников, которые пренебрегают нравственностью.
- А я считаю, что еще безнравственней копаться в грязном белье художника, если его работа безупречна. Труд художника и его личная жизнь - все равно, что роженица и ее ребенок. Вы можете глядеть на ребенка, но нечего задирать у роженицы рубашку и смотреть, не запачкана ли она кровью. Это в высшей степени нескромно.
Корнелис только что откусил кусочек бутерброда с сыром. Он поспешно выплюнул его в горсть и швырнул в печку.
- Ну и ну, - бормотал он.- Ну и ну!
Винсент испугался, что Корнелис рассердится, но все сошло благополучно. Усадив дядю поближе к огоньку, Винсент вынул папку со своими набросками и этюдами. Сначала Корнелис молчал, но когда дошел до небольшого рисунка, изображавшего Паддемус со стороны торфяного рынка,- Винсент сделал его в двенадцать часов ночи, гуляя с Брейтнером,- дядя не удержался.
- Это здорово,- сказал он.- Можешь ты нарисовать еще несколько городских пейзажей?
- Конечно. Я рисую их, когда хочу отдохнуть от работы с модели. Тут и еще есть такие пейзажи. Вот поглядите!
Винсент, заглядывая через плечо Корнелиса, стал перебирать в папке листы разных размеров.
- Это Флерстех... а это Геест. Вот рыбный рынок.
- Можешь ты нарисовать для меня дюжину таких пейзажей?
- Могу, но это уже сделка, а раз сделка - давайте условимся о цене.
- Хорошо, сколько же ты хочешь?
- На рисунки такого размера, все равно, карандашом или пером, у меня цена одинаковая - два с половиной франка. Это не слишком дорого, как вы полагаете?
Корнелису оставалось только рассмеяться про себя - такие это были ничтожные деньги!
- Разумеется, не дорого. Если рисунки будут удачные, я попрошу тебя нарисовать еще двенадцать видов Амстердама. И тогда уже назначу цену сам, чтобы ты получил немного больше.

« назад     далее »


"Многие считают, что они станут хорошими, если не будут делать ничего плохого. Это ложь, и такая позиция ведет к застою, к посредственности. Когда пустой холст идиотски пялится на тебя, малюй хоть что-нибудь. Ты не представляешь себе, как парализует художника вид вот такого пустого холста, который как бы говорит: «Ты ничего не умеешь». Холст таращится, как идиот, и так гипнотизирует некоторых художников, что они сами становятся идиотами. Многие художники боятся пустого холста, но пустой холст сам боится настоящего страстного художника, который дерзает, который раз и навсегда поборол гипноз этих слов: "Ты ничего не умеешь". (Винсент Ван Гог)


Мир Ван Гога, 2007-2017   www.vangogh-world.ru   Винсент Ван Гог, голландский художник. Для писем - vinc at vangogh-world ru