Ирвинг Стоун. "Жажда жизни". Повесть о Винсенте Ван Гоге
Париж
- Вы оказали мне честь своим приходом, господин Ван Гог,- сказал он мягким, приветливым тоном.
Тео представил ему Винсента. Руссо пододвинул стулья и пригласил их сесть. Комната у него была живописная, даже веселая. На окнах Руссо повесил занавески из деревенского полотна в красную и белую клетку. Стены тесными рядами покрывали картины, изображавшие диких зверей, джунгли и невероятные, фантастические пейзажи.
В углу, около старого разбитого пианино, явно волнуясь, стояли четыре мальчика со скрипками в руках. На каминной доске лежало домашнее печенье, посыпанное тмином,- произведение рук Руссо. По всей комнате в ожидании гостей были расставлены скамейки и стулья.
- Вы пришли первым, господин Ван Гог,- говорил Руссо, обращаясь к Тео.- Критик Гийом Пилль обещал удостоить меня своим присутствием и привести целую компанию.
С улицы донесся шум - завопили дети, протарахтели по булыжнику колеса экипажа. Руссо кинулся к двери. В коридоре послышались звонкие женские голоса.
- Не останавливаться, не останавливаться! - гудел какой-то мужчина.- Одной рукой держись за перила, а другой зажимай нос!
За этой остротой последовал взрыв смеха. Руссо, который все это хорошо слышал, повернулся к Винсенту с улыбкой на лице. Винсент подумал, что ни у одного мужчины ему еще не приходилось видеть таких ясных, таких невинных глаз,- глаз, в которых не было и тени неприязни.
В комнату ввалилась компания, человек десять - двенадцать. Мужчины были во фраках, женщины в нарядных платьях, изящных туфлях и длинных белых перчатках. Они принесли с собой запах дорогих духов, пудры, шелков и старинных кружев.
- Ну, ну, Анри,- кричал Гийом Пилль своим басовитым, рассчитанным на эффект голосом,- как видите, мы явились. Но мы не можем здесь долго засиживаться. Мы идем на бал к принцессе де Брой. А пока что вы должны развлечь моих друзей.
- О, как я хотела познакомиться с вами,- проникновенно сказала тоненькая девушка с темно-рыжими волосами, в платье ампир с низким вырезом.- Только подумать, великий художник, о котором говорит весь Париж! Вы поцелуете мне руку, господин Руссо?
- Будь осторожнее, Бланш,- предостерег ее кто-то.- Знаешь... эти художники...
Руссо улыбнулся и поцеловал ей руку. Винсент отошел в угол. Пилль и Тео занялись разговором. Остальные парами расхаживали по комнате, обсуждали, громко смеясь, полотна Руссо, щупали занавески, перебирали вещи и обшарили, в поисках повода для шуток и острот, каждый закоулок.
- Господа и дамы, не угодно ли вам присесть,- обратился к ним Руссо.- Оркестр исполнит для вас одно из моих произведений. Я посвятил его господину Пиллю. Оно называется «Шансон Раваль».
- Сюда, все сюда! - скомандовал Пилль.- Руссо хочет дать нам представление. Жани! Бланш! Жан! Садитесь же. Это будет неповторимо.
Четыре дрожащих от страха мальчика подошли к единственному пюпитру и стали настраивать скрипки. Руссо сел за пианино и закрыл глаза. Через секунду он сказал: «Начали»,- и ударил по клавишам.
Его сочинение представляло собой наивную пастораль. Винсент старался внимательно слушать, но наглые смешки гостей не давали ему сосредоточиться. Когда музыка смолкла, все шумно зааплодировали. Бланш побежала к пианино, положила руки на плечи Руссо и сказала:
- Это было так прекрасно, господин Руссо, так прекрасно! Я растрогана, как никогда в жизни.
Вы мне льстите, мадам. Бланш взвизгнула от смеха.
- Гийом, вы слышите? Он считает, что я ему льщу!
- Я сыграю вам сейчас еще одно сочинение,- объявил Руссо.
- Спойте нам одну из ваших поэм, Анри. Ведь у вас их так много!
Руссо улыбнулся улыбкой младенца.
- Хорошо, господин Пилль, я спою вам поэму, если угодно.
Он отошел к столу, перелистал пачку бумаг и выбрал какой-то листок. Затем он вновь уселся за пианино и взял несколько аккордов.
Винсенту музыка понравилась. Несколько строк стихотворения, которые он уловил, тоже показались ему очаровательными. Но общее впечатление было до нелепости смешным. Все сборище стонало и завывало. Гости тянулись к Пиллю и хлопали его по спине.
- Ох, и проказа же ты, Гийом, ох, и плут!
Кончив петь, Руссо вышел на кухню и принес для гостей несколько грубых, толстых чашек с кофе. Гости выщипывали из печенья зернышки тмина и бросали их друг другу в чашки. Винсент, сидя в углу, молча дымил трубкой.
- А теперь, Анри, покажите нам свои новые картины. Собственно ради этого мы и пришли. Нам хочется посмотреть их здесь, в вашей мастерской, пока их не приобрел Лувр.
- Да, у меня есть несколько недурных новых полотен,- согласился Руссо.- Сейчас я сниму их со стены.
« назад далее »
|
Новости
Биография
