Новости   Биография   Картины   Пейзажи   Портреты   Автопортреты   Подсолнухи   Рисунки   Письма   Книги   Хроно 

Ирвинг Стоун
Ирвинг Стоун

   
  

Лондон Боринаж Эттен Гаага Нюэнен Париж Арль Сен-Реми Овер

   
  
   
Винсент Ван Гог
Винсент Ван Гог

  
   

Париж
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

  

Ирвинг Стоун. "Жажда жизни". Повесть о Винсенте Ван Гоге

Париж

- Вы слыхали о швейнингерском способе лечения? - спросил он. Говорят, что если совсем перестать пить за едой, то в три месяца потеряешь тридцать фунтов веса. - Нет, я ничего об этом не слышал.
- Мне было очень горько писать книгу о Поле Сезанне, но в ней каждое слово - правда. Вот вы художник. Разве согласитесь вы исказить портрет друга только для того, чтобы не причинить ему страданий? Конечно, нет. Поль - чудесный малый. Долгие годы он был моим самым задушевным другом. Но его картины смехотворны. Моя семья еще как-то терпит их, но когда к нам приходят друзья, поверьте, я вынужден прятать его полотна в шкаф, чтобы над ними не издевались.
- Неужто у него все так уж плохо, как вы говорите?
- Еще хуже того, дорогой мой Ван Гог, еще хуже! Вы совсем не видали его работ? Потому-то вы и не верите. Он рисует как пятилетний ребенок. Клянусь вам честью, мне кажется, он совсем спятил.
- Гоген его уважает.
- Я просто в отчаянии,- продолжал Золя,- я не могу видеть, как Сезанн безрассудно губит свою жизнь. Ему надо вернуться в Экс и занять место своего отца в банке. Тогда он чего-нибудь достигнет в жизни. А теперь... что ж... когда-нибудь он повесится... как я предсказал в «Творчестве». Вы читали этот роман?
- Нет, еще не читал. Я только что окончил «Жерминаль».
- Да? И как вы находите «Жерминаль»?
- Я считаю его лучшей вещью со времен Бальзака.
- Да, это мой шедевр. Я печатал его в прошлом году отдельными главами в «Жиль Блазе» и получил изрядные деньги. А теперь распродано уже более шестидесяти тысяч экземпляров книги. Никогда прежде у меня не было таких доходов. Я собираюсь пристроить новое крыло к своему дому в Медане. Книга уже вызвала четыре забастовки в шахтерских районах Франции. Да, «Жерминаль» станет причиной колоссальной революции, и когда это произойдет - прощай капитализм! А что именно вы пишете, господин... забыл, как это Гоген назвал вас по имени?
- Винсент. Винсент Ван Гог. Брат Тео Ван Гога.
Золя положил карандаш, которым он что-то писал на каменной столешнице, и пристально поглядел на Винсента.
- Это любопытно,- сказал он.
- Что именно любопытно?
- Да ваше имя. Я где-то его слышал.
- Может быть, Тео что-нибудь говорил обо мне.
- Да, говорил, но я не о том. Минуточку! Это было... это было... «Жерминаль»! Вы бывали когда-нибудь в угольных шахтах?
- Бывал. Я два года жил в Боринаже, в Бельгии.
- Боринаж! Малый Вам! Маркасс! - Золя вытаращил свои большие глаза, его круглое, бородатое лицо выражало изумление.- Так это вы... вы тот самый второй Христос!
Винсент покраснел.
- Не понимаю, о чем вы говорите.
- Я пять недель прожил в Боринаже, собирая материал для «Жерминаль». «Чернорожие» рассказывали мне о земном Христе, который был у них проповедником.
- Говорите потише, прошу вас!
Золя сложил руки на своем толстом животе, словно хотел скрыть его.
- А вы не стыдитесь,- успокоил он Винсента.- Вы старались сделать достойное дело. Только вы избрали неверный путь. Религия никогда не выведет человека на верную дорогу. Одни нищие духом приемлют нищету на этом свете ради надежды на загробное блаженство.
- Я понял это слишком поздно.
- Вы провели в Боринаже два года, Винсент. Вы отказывали себе в еде, в одежде, забывали о деньгах. Вы работали там до изнеможения, до смертельной усталости. И что вы получили за это? Ровным счетом ничего. Вас объявили сумасшедшим и отлучили от церкви. А когда вы уезжали, жизнь углекопов была такой же, как и в тот день, когда вы приехали.
- Даже хуже.
- А вот мой путь - верный. Печатное слово поднимет революцию. Мою книгу прочитали все грамотные углекопы в Бельгии и Франции. Нет ни одного кабачка, ни одной хижины, где бы не лежала зачитанная до дыр книжка «Жерминаль». Тому, кто не умеет читать сам, ее читают вслух другие, читают и перечитывают. Она вызвала уже четыре забастовки. И их еще будет не один десяток. Поднимается вся страна. «Жерминаль» создаст новое общество, чего не смогла сделать ваша религия. А знаете, что я получаю в награду?
- Что же?
- Франки. Тысячи и тысячи. Выпьете со мной?
Спор за столом Лотрека становился все оживленнее и привлек всеобщее внимание.

« назад     далее »


  Рекомендуемые ссылки:

  » 

"Мне думается, изучение японского искусства неизбежно делает нас более веселыми и радостными, помогает нам вернуться к природе. Изучая искусство японцев, мы неизменно чувствуем в их вещах умного философа, мудреца, который тратит время - на что? На измерение расстояния от Земли до Луны? На анализ политики Бисмарка? Нет, просто на созерцание травинки. Но эта травинка дает ему возможность рисовать любые растения, времена года, ландшафты, животных и, наконец, человеческие фигуры. Так проходит его жизнь, и она еще слишком коротка, чтобы успеть сделать все. Разве то, чему учат нас японцы, простые, как цветы, растущие на лоне природы, не является религией почти в полном смысле слова?" (Винсент Ван Гог)


Мир Ван Гога, 2007-2017   www.vangogh-world.ru   Винсент Ван Гог, голландский художник. Для писем - vinc at vangogh-world ru