Новости   Биография   Картины   Пейзажи   Портреты   Автопортреты   Подсолнухи   Рисунки   Письма   Книги   Хроно 

Пейзаж с кипарисом и звездой
Пейзаж с кипарисом
и звездой, 1890


   
  

Неудачник - Миссия в искусстве - Паломничество в Париж - Друзья и влияния - Южное солнце Арля - Гоген в раю - Искусство, рожденное отчаянием - Последняя вспышка гения

   
  
   
Церковь в Овере
Церковь в
Овере, 1890


  
   

"Мир Ван Гога"

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

  

Роберт Уоллэйс. "Мир Ван Гога". Повествование о художнике

Часть четвертая. Друзья и влияния

Судя по всему Винсенту так и не удалось вернуть свои картины, и, как говорят, впоследствии они были проданы как чистые холсты свертками по 10 штук - 10 центов за сверток. Хотя коллекционеры и директора музеев могут скрежетать зубами по этому поводу, тем не менее это не единственный случай полного уничтожения или исчезновения его полотен. В 1885 году, когда после смерти отца он покинул Голландию, большое количество его эскизов осталось храниться в доме плотника в городе Бреде. Сорок с лишним лет спустя, в 1926 году, голландский ученый приехал в Бреду, надеясь выяснить, что произошло с рисунками и картинами. Он узнал, что плотник отдал их старьевщику, который торговал ими вразнос с ручной тележки. Некоторые из них попали в руки трактирщика, и он вручал их в качестве призов посетителям, которые больше других выпивали пива в его заведении. Часть полотен была использована домовладельцем в качестве заплат, закрывающих дыры в стенах, а одна картина была приклеена в качестве украшения на дверь, сделанную в классическом стиле. Затем дверь сняли и отправили реставраторам, которые отодрали холст от дерева. Но из первоначального количества, куда входило более 200 живописных полотен, около 90 рисунков тушью и 200 пастелью, сохранилась лишь незначительная часть. Еще одна крупная партия его ранних работ оставалась в Антверпене после того как в 1886 году Винсент уехал в Париж. Но ничего из этого бесценного собрания так никогда и не было найдено.
Потеря картин не отбила у Винсента охоты выставлять свои произведения. В Париже он смог организовать по крайней мере еще две выставки с несколько более удачными результатами, чем в «Тамбурине». В одной из этих экспозиций в огромном ресторане со стеклянной крышей под названием «Ла Фурше» он представил около 100 полотен. Винсент ничего не продал - посетители ресторана, согласно одному наблюдателю, «терпели выставку... хотя и находились в некотором замешательстве». Тем не менее косвенная выгода была: круг знакомых Винсента среди парижских художников продолжал расширяться. Одним' из тех, кто еще не выставлялся, а приехал учиться живописи, был Жорж Сера.

Очень немногие из великих художников - возможно, только Леонардо да Винчи - отличались более научным подходом к искусству, чем Сера. Человек, привыкший к точности во всем, он имел несчастье навсегда быть привязанным к неточному термину - пуантилизм - который он ненавидел. И хотя Сера создал целый ряд великолепных произведений, в Соединенных Штатах он обычно отождествляется только с одним: «Воскресный день на острове Гранд-Жатт». Это широко репродуцируемая картина, которой теперь гордо владеет Чикагский институт искусства
Сера было 27 лет, когда он встретился с Винсентом, а в возрасте 31 года, в 1891 году он умер от неизвестной болезни. О его личной жизни известно мало - он настолько хорошо охранял ее, что даже его ближайшие друзья лишь после его смерти узнали, что у него была любовница и сын. Его художественное образование было традиционным: в 18 лет его приняли в ультраконсервативную Школу изящных искусств в Париже, и он учился там около двух лет, концентрируясь на рисовании и теории геометрии под руководством учителя, который был яростным противником романтизма, импрессионизма и вообще любого отклонения от академической традиции. За пределами школы, когда Сера сосредоточил свой интерес на работах своих непосредственных предшественников - импрессионистов Писсарро, Моне и их коллег, - он нашел их неполноценными.

Отрицание Сёpa импрессионизма не носило, однако, принципиального характера. Несмотря на свое образование, он искренне симпатизировал попыткам создать иллюзию меняющегося естественного света и цвета. Он чувствовал, что импрессионисты недостаточно последовательны. При использовании быстрых, изолированных мазков, смазанных линий и чистых красок они игнорировали законы цвета, которые, как верил Сера, могут быть открыты наукой и которым «можно научиться, как музыке». До его времени, думал он, даже величайшие мастера цвета достигали своих результатов главным образом благодаря блестящей интуиции. И так случилось, что время Сера было именно тем временем, когда должны были быть найдены методы и рациональные указатели. Атмосфера конца XIX века была наполнена наукой и изобретениями: Пастер, Дарвин и Эдисон были домашними богами, по крайней мере среди просвещенных. Сера и его друзья-художники, включая Поля Синьяка, жадно читали научные трактаты, чтобы обнаружить то, что можно было бы применить к искусству. Среди ключевых работ были: «Закон одновременного контраста цветов» француза Мишеля-Эжена Шеврёля; «Зрительные явления» швейцарца Давида Суттера, и «Современная наука о цвете» американца О.Н.Руда, профессора Колумбийского университета.
Ученые исследовали такие вопросы, как «оптическое смешивание», о котором художники знали, но с которым не экспериментировали вплоть до эпохи Делакруа - середины XIX века. Сера ухватился за этот принцип и сделал его основным в своем искусстве. Чтобы создать зеленый цвет, например, не нужно было смешивать на палитре желтую и синюю краски. Сходный эффект может быть достигнут путем наложения пунктиром множества мелких, отдельных пятен желтого и синего на холсте, давая возможность глазу производить смешивание. Сера и Полю Синьяку такое оптическое смешивание казалось предпочтительным, поскольку оно давало более вибрирующие и светящиеся цвета. Но фактически, исследование полотен Сера не подтверждает этой теории. Цвета кажутся приглушенными. Проблема, в частности, заключается в том, что при ближайшем рассмотрении синие точки воспринимаются глазом как синие, а желтые - как желтые, в то время как на расстоянии зритель видит скорее серый цвет, а не зеленый. Кроме того, отдельные краски, которые использовал Сера, поблекли. Через год после смерти Сера его друг, критик Феликс Фенеон, исследуя «Гранд-Жатт», написал: «Из-за красок, которые использовал Сера... эта картина исторического значения потеряла свой светящийся шарм: тогда как красные и синие цвета сохранились, зеленые Веронезе стали теперь оливково-зеленоватыми, а оранжевые тона, которые передавали свет, теперь представляют лишь пустоты».

« назад     далее »


"Мне думается, изучение японского искусства неизбежно делает нас более веселыми и радостными, помогает нам вернуться к природе. Изучая искусство японцев, мы неизменно чувствуем в их вещах умного философа, мудреца, который тратит время - на что? На измерение расстояния от Земли до Луны? На анализ политики Бисмарка? Нет, просто на созерцание травинки. Но эта травинка дает ему возможность рисовать любые растения, времена года, ландшафты, животных и, наконец, человеческие фигуры. Так проходит его жизнь, и она еще слишком коротка, чтобы успеть сделать все. Разве то, чему учат нас японцы, простые, как цветы, растущие на лоне природы, не является религией почти в полном смысле слова?" (Винсент Ван Гог)


Мир Ван Гога, 2007-2017   www.vangogh-world.ru   Винсент Ван Гог, голландский художник. Для писем - vinc at vangogh-world ru