Новости   Биография   Картины   Пейзажи   Портреты   Автопортреты   Подсолнухи   Рисунки   Письма   Книги   Хроно 

Пейзаж с кипарисом и звездой
Пейзаж с кипарисом
и звездой, 1890


   
  

Неудачник - Миссия в искусстве - Паломничество в Париж - Друзья и влияния - Южное солнце Арля - Гоген в раю - Искусство, рожденное отчаянием - Последняя вспышка гения

   
  
   
Церковь в Овере
Церковь в
Овере, 1890


  
   

"Мир Ван Гога"

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

  

Роберт Уоллэйс. "Мир Ван Гога". Повествование о художнике

Часть вторая. Миссия в искусстве

Наконец-то - в 27 лет - решив, что его жизненная миссия - стать художником, Ван Гог устроил свою первую «студию» в доме одного шахтера в Боринаже. Выкраивая арендную плату из тех небольших сумм, которые отправлял ему отец, он с большим воодушевлением принялся за свое образование. Из Парижа Тео пересылал ему кипы репродукций для изучения и копирования, а из Гааги управляющий отделением «Гупиля» слал ему книги по анатомии и перспективе. Но Винсенту его жилье вскоре стало казаться таким темным и тесным - его «студия» была на самом деле спальней, которую он делил с детьми шахтера, - что ему часто приходилось работать на открытом воздухе. С приближением осени стало ясно, что необходимо найти другое жилище. Тео предложил Винсенту перебраться к нему в Париж, но Винсент, судя по всему, побаивался ехать в город, который в то время был центром художественной жизни. Вместо этого осенью 1880 года он отправился в Брюссель и поселился в самом дешевом отеле, который смог найти.
«Моя основная пища, - писал он Тео, - это сухари и картошка или каштаны, которые здесь продают на каждом углу». Упоминание об этой «диете», вероятно, предназначалась лишь для того, чтобы убедить Тео, что он не живет в роскоши, но это стоит отметить особо. Большую часть своей взрослой жизни Винсент очень сильно недоедал. Даже когда у него были деньги на еду, он предпочитал тратить их на натурщиков и принадлежности для живописи. Однажды он заметил, что «прожил четыре дня на 23 чашках кофе», и в конце концов, несмотря на мощное телосложение, он подорвал свое здоровье. Скорее всего у него была одна из болезней, вызванных недостатком витаминов - возможно, слабая форма пеллагры, - поскольку после тридцати его зубы начали крошиться и ему пришлось носить протез.
Винсент оставался в Брюсселе в течение зимы 1880-1881 года, упорно одолевая искусство рисования и сообщая о своих успехах Тео. В это время Тео, перспективный молодой бизнесмен, был занят реорганизацией парижской галереи «Гупиля» и не успевал отвечать на письма Винсента обратной почтой. Через несколько месяцев Винсент страшно разозлился. «Должен сказать, - упрекал он Тео, - это весьма странно и необъяснимо, что ты не написал мне с тех пор, как я получил от тебя одно письмо по прибытии сюда... Думая о тебе, я неосознанно спрашиваю себя, почему он не пишет? Если он боится скомпрометировать себя в глазах хозяев «Гупиля & К » тем, что поддерживает со мной связь - не значит ли это, что его положение у этих джентльменов столь шаткое и ненадежное, что он вынужден быть таким осторожным? Или он боится, что я попрошу у него денег? Но если это было причиной твоего молчания, ты мог бы по крайней мере подождать, пока я бы попытался, как говорится, выжать что-нибудь из тебя».
Тео не ответил в таком же тоне, и через месяц правда выплыла наружу. Деньги, приходившие якобы из дома, на самом деле были от Тео. «Я узнал от отца, - писал Винсент, - что ты мне (о чем я вовсе ничего не знал) уже давно посылал деньги... Прими мою сердечную благодарность за это. Я твердо надеюсь, что ты не будешь в этом раскаиваться». Благодарность Винсента и его мучительное чувство зависимости от своего брата стали впоследствии постоянной темой его писем. Время от времени зависимость начинала раздражать его, и он разражался гневными упреками в адрес мягкого, работающего на износ Тео. Но однажды он пришел к решению, что его брат должен получить часть денег за его картины, как если бы он принимал участие в их создании. И когда Винсент покончил с собой, одним из побудительных мотивов могло быть чувство, что он в некотором смысле подвел Тео и больше не может принимать его помощь.

В Брюсселе через посредничество Тео Винсент познакомился с богатым молодым художником Антоном ван Раппардом, симпатичным человеком, но незначительным художником. Винсент поначалу изумил ван Раппарда тем, что часто останавливался и, разглядывая крестьян, работающих в поле, кричал: «Как я смогу нарисовать то, что так сильно люблю?» Но скоро ван Раппард понял, что имеет дело с необыкновенным человеком и предложил ему любую посильную помощь - хотя его собственное образование сводилось главным образом к начальным элементарным основам. Винсент же фактически был самоучкой. Хотя он время от времени искал помощи других художников и иногда даже посещал официальные художественные курсы, он не мог долго выносить ученичество у общепринятых авторитетов. Это не означает, что он был «примитивен». Напротив, искажение перспективы и избыток цвета в его зрелых картинах ни в коей мере не являются следствием неумелости; это точно рассчитанные отступления от давно признанных канонов, сделанные человеком, в совершенстве овладевшим своим искусством.
Несмотря на помощь Тео, жизнь в Брюсселе оказалась для Винсента слишком дорогой. Чтобы сэкономить деньги, он решил провести лето в доме своих родителей в Эттене, но не был уверен, что встретит там теплый прием. «Я полностью готов пойти им навстречу в вопросе о моей одежде и всем прочем», - писал он Тео. Но несмотря на это, он предвидел, что его неправильно поймут: «Я никому не ставлю это в вину, так как обычно мало кто знает, почему художник поступает так или этак. Крестьяне и мещане вообще каждого, кто в поисках живописного места или образа лазает по углам и дырам, которые другим не по сердцу, всегда подозревают во всяких неприличиях и злоумышлениях, о которых, конечно, никто и не думает. Крестьянин, видя как я рисую старый ствол дерева и битый час сижу перед ним, думает, что я сумасшедший и, само собой разумеется, высмеивает меня». Тем не менее в апреле 1881 года, через несколько недель после своего 28-летия, он отправился в Эттен, не питая особых надежд.

« назад     далее »


"Мне думается, изучение японского искусства неизбежно делает нас более веселыми и радостными, помогает нам вернуться к природе. Изучая искусство японцев, мы неизменно чувствуем в их вещах умного философа, мудреца, который тратит время - на что? На измерение расстояния от Земли до Луны? На анализ политики Бисмарка? Нет, просто на созерцание травинки. Но эта травинка дает ему возможность рисовать любые растения, времена года, ландшафты, животных и, наконец, человеческие фигуры. Так проходит его жизнь, и она еще слишком коротка, чтобы успеть сделать все. Разве то, чему учат нас японцы, простые, как цветы, растущие на лоне природы, не является религией почти в полном смысле слова?" (Винсент Ван Гог)


Мир Ван Гога, 2007-2017   www.vangogh-world.ru   Винсент Ван Гог, голландский художник. Для писем - vinc at vangogh-world ru